у наших идей
есть энергия
+7 (499) 255 53 77
 

Наши проекты

15.02.2018

ПАВЕЛ ГРУДИНИН В РЕШАЮЩЕЙ ФАЗЕ КАМПАНИИ: ВОЗМОЖНОСТИ МОБИЛИЗАЦИИ, СОЦИАЛЬНАЯ БАЗА, ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ

Аналитический доклад

Дмитрий Орлов, генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций (АПЭК), кандидат исторических наук, Анастасия Салаватова, аналитик АПЭК

После митинга в Москве, на котором Павел Грудинин назвал справедливость высшей ценностью, и цикла его поездок в российские регионы кампания кандидата на пост президента от КПРФ вступила в решающую фазу. Ранее, в конце декабря, беспартийный директор ЗАО «Совхоз имени Ленина» был выдвинут Компартией в качестве «единого кандидата от левопатриотических сил». П.Грудинин трижды избирался депутатом Московской областной думы (1997-2011), выдвигался от КПРФ на выборах в Госдуму в 2016 г. по Люберецкому одномандатному округу №121 и по списку в рамках региональной группы Московской области, но не прошел по итогам распределения мандатов. Грудинин стал директором «Совхоза имени Ленина» в 1995 г. и владеет 42,8% акций предприятия.

Грудинин: стартовые позиции и возможности электоральной мобилизации

Помимо КПРФ, Грудинина поддержали участники Постоянно действующего совещания национально-патриотических сил России (ПДС НПСР), которые, впрочем, предлагали Ю.Болдырева в качестве кандидата в президенты, а П.Грудинина – в премьеры (именно поэтому Болдырев часто появляется вместе с Грудининым на предвыборных акциях). ПДС НПСР объединяет различных периферийных политических игроков: защитников консервативных ценностей, русских националистов, сторонников социальных реформ.

Кроме того, П.Грудинин стал победителем неформальных праймериз «Левого фронта», в его поддержку высказывались представители несистемных левых организаций и С.Удальцов. В то же время новый кандидат от КПРФ не является членом партии и объясняет это как преимущество с точки зрения консолидации левых и патриотических сил.

Опираясь на благоприятный имидж «народного предпринимателя» и транслируя послание, которое не ограничивается традиционными «нишевыми» месседжами КПРФ, П.Грудинин потенциально мог рассчитывать не только на базовый электорат КПРФ, но и на привлечение новых групп избирателей. В пользу П.Грудинина работает бренд КПРФ, запрос на политических альтернативу (во всяком случае - в перспективе на будущее), идеологическая гибкость, очевидная личная харизма и профессиональный опыт.

Прежде всего П.Грудинин мог рассчитывать на «ядерный» электорат КПРФ, который традиционно оценивается в 12-13%. Однако с учетом негативной реакции консервативной части этого электората на отсутствие в бюллетене Г.Зюганова, а также непредсказуемую и даже негативную реакцию некоторых представителей партийной элиты величина реально мобилизуемого Грудининым «ядерного» электората Компартии может уменьшиться в 1,5-2 раза (оценка), и этот тренд уже проявляется. Эта потеря может быть частично компенсирована поддержкой несистемных левых движений, но вряд ли она даст в совокупности более 1% - с учетом того, что многие из них выступают за «электоральную забастовку». Политизация экологической повестки, на которую делает ставку П. Грудинин, как правило, происходит в рамках групп левого электората.

Общий запрос на социальную справедливость в обществе усиливается, а новый кандидат обладает значительным лимитом доверия и способен вызвать интерес у той части населения, которая разочаровалась в действующих политиках. Например, за предлагаемое Грудининым введение прогрессивной шкалы налогообложения доходов физических лиц выступали 54% опрошенных ФОМ граждан и большинство электората всех политических партий, а против высказывались лишь 22% опрошенных (опрос фонда «Общественное мнение», 2013; можно предположить, что сегодня общественный запрос на прогрессию НДФЛ лишь увеличился).

При удачном стечении обстоятельств П.Грудинин мог бы рассчитывать на дополнительные голоса работников бюджетной сферы, пенсионеров и других групп, традиционно поддерживающих действующую власть. Части этих избирателей в политическом образе кандидата импонируют его связь с сельским хозяйством и традиционным предпринимательством, ответственность и управленческий опыт, специфическая риторика (образ “русского Лукашенко”). Впрочем, запрос на социальную справедливость не противоречит лояльности фигуре президента, так как ответственность за кризисные тенденции граждане возлагают на действия представителей элиты или внешний фактор, а сам П.Грудинин никогда агрессивно не критикует В.Путина.

П.Грудинин может стать кандидатом для относительно небольшой части сторонников консервативных и семейных ценностей, защитников «Русского мира», военных и всех, кто выступает за сильное государство.

П.Грудинин активно выступает в поддержку малого и среднего бизнеса и конкурирует в этой нише преимущественно с бизнес-омбудсменом Б.Титовым. Двух кандидатов объединяет то, что они делают акцент на экономической модернизации и предлагают системный подход к реформированию экономики; в случае П.Грудинина - системы распределения в качестве идеологической платформы. Б.Титов изначально позиционирует себя как нишевого кандидата (с незначительной нишей), а выборы рассматривает как условный референдум о доверии своей программе. Это позволяет ему работать целенаправленно на предпринимательские сообщества в регионах. Реальное количество людей, занятых в предпринимательском секторе, и активных самозанятых значительно превосходит возможности сетевой мобилизации Б.Титова, которая сохраняется на уровне статистической погрешности (1,1% на выборах в Госдуму в 2016 г.). По данным Росстата, в малом и среднем предпринимательстве в России занято до 25% от общего числа занятых в экономике, то есть около 18 млн. человек. В борьбе за этот электорат в пользу П.Грудинина работает его имидж активного предпринимателя, который боролся и продолжает бороться с региональной бюрократической машиной. Однако мобилизация предпринимателей и самозанятых в интересах Грудинина также откровенно затруднена – и в силу традиционного для этих групп абсентеизма, и в силу отсутствия у КПРФ агитационных сетей для работы с ними.

Наконец, П.Грудинин потенциально может консолидировать вокруг себя протестный электорат, который объединяет только неприятие существующей системы. Рост явки будет означать вовлечение в том числе и ранее неактивных избирателей, которые вряд ли мотивированы стремлением сохранить существующее положение. Поэтому повышение явки отчасти будет работать в интересах П.Грудинина. В этом смысле растет практическая значимость протестного голосования - кампания за бойкот выборов в глазах некоторых «либеральных» избирателей может выглядеть как саботаж. Примиряет эти группы населения с кандидатом от КПРФ его изоляционистская внешнеполитическая позиция, а также заявленное стремление к нормализации отношений с Западом и Украиной.

Возможности мобилизации этих и некоторых других менее значимых групп будут зависеть от решающего этапа избирательной кампании, способности П.Грудинина вызвать к себе доверие и эффективно отражать атаки.

Кампания П.Грудинина на старте отличалась неожиданной динамичностью в социальных сетях. Многочисленные левые сообщества действуют по сетевому принципу, работают автономно и оперативно. Несмотря на ограниченные ресурсы отдельного такого сообщества, в совокупности они создали ощущение повсеместного присутствия в интернете. Выбор части несистемных левых в пользу П.Грудинина поставил этот ресурс на службу кандидату, что можно считать новацией кампании (активность сторонников А.Навального в социальных сетях носит более управляемый и содержательно намного более сфокусированный характер, что ограничивает доверие к ней).

Поддержка кандидата КПРФ: от взрывного интереса к «стагнации»

К середине февраля, то есть за месяц до дня выборов, рейтинг П.Грудинина практически не изменился по сравнению с исходными декабрьскими показателями (7,3%, по данным опроса ВЦИОМ 9-11 февраля). После резкого изначального роста на старте кампании и незначительных колебаний в январе произошла, по оценке ВЦИОМ, «стагнация» рейтинга в пределах довольно узкого коридора 6-8%. Данные ФОМ демонстрируют более пессимистическую картину и фиксируют снижение рейтинга Грудинина с 6% во второй половине января до 5,5% 4 февраля. Впрочем, в данном случае нет сильных расхождений и с данными аффилированного с КПРФ ЦИПКР, который оценивает рейтинг П.Грудинина по состоянию на начало февраля на уровне 8%. При этом в аналитических материалах ЦИПКР очевидная проблема колебаний рейтинга в пределах до 10% фактически игнорируется (прибавление десятых долей процента интерпретируется как достижение).

К началу февраля ВЦИОМ отмечает резкий рост узнаваемости кандидата: в сумме этот показатель достигает 70% по сравнению с 46% месяцем ранее. Таким образом, резкий рост узнаваемости, вопреки многим ожиданиям, не привел к значительному росту рейтинга кандидата и стремительному вовлечению новых групп избирателей.

Еще в январе, исходя из социологических данных, темпы роста узнаваемости П. Грудинина говорили о слабой динамике избирательной кампании. Согласно данным ФОМ от середины января, подавляющее большинство опрошенных тогда впервые услышало о кандидате (69%): в Москве этот показатель был ожидаемо ниже (50%), но в других городах и селах доходил до 70%. Около 17% населения узнали о кандидате в момент выдвижения. Рейтинг Грудинина демонстрирует определенную устойчивость, однако стабилизация («стагнация») рейтинга за месяц до выборов означает, что расчет на общенациональную мобилизацию вокруг кандидата КПРФ не оправдались. В условиях изначально заявленного отказа от нишевой стратегии это может иметь негативные последствия для кандидата и партии.

Эта проблема связана с трудностями мобилизации базового электората КПРФ, необходимость которой воспринимается как программа-минимум в случае провала стратегии «общенационального кандидата». Последние данные ВЦИОМ (данные опроса 9-11 февраля) показывают, что пока только 47% сторонников КПРФ готовы проголосовать за П.Грудинина. При этом рейтинг партии (9,6%) до сих пор превосходит личный рейтинг кандидата. Более подробные данные по электоральным предпочтениям сторонников различных партий в ходе кампании ФОМ опубликовал в середине января. Тогда картина была следующая.

· КПРФ: 31% избирателей партии не допускают возможность проголосовать за П.Грудинина (53% избирателей допускают такую возможность), при этом электорат КПРФ относится в целом положительно (54%) и нейтрально (29%) к неучастию Г.Зюганова в выборах и считает, что за П.Грудинина может проголосовать столько же (25%) или даже больше (33%) избирателей. Вариант «меньше» выбрали 22% избирателей, 20% затруднились ответить. То есть среди сторонников КПРФ ясно чувствуется запрос на политическую альтернативу, но есть большие сомнения относительно того, насколько именно П.Грудинин подходит на эту роль. Причины этого могут быть разные: имиджевые характеристики кандидата, его риторика, внутрипартийные противоречия, позиции региональных отделений. Так или иначе, кандидат сталкивается с довольно серьезным непониманием со стороны сторонников партии, которая его выдвигает.

· Подавляющее большинство сторонников “Единой России” и ЛДПР не допускают возможности голосовать за П.Грудинина (81% и 77% соответственно). При этом допускают такую возможность 15% избирателей ЛДПР и 9% - «Единой России».

· «Справедливая Россия» не выдвигает своего кандидата на президентских выборах, но 38% избирателей партии допускают возможность проголосовать за П.Грудинина. В то же время 57% такой вероятности не допускают. Голоса избирателей «Справедливой России» с большей вероятностью могут отойти кандидату от КПРФ, чем от ЛДПР, учитывая левую ориентацию и запрос на справедливость. Но основным конкурентом П.Грудинина в этой нише будет не В. Жириновский, а президент В.Путин, о поддержке которого на выборах «Справедливая Россия» уже заявила.

· Среди неопредилившихся 17% допускают возможность голосовать за П.Грудинина, 54% - не допускают. Из тех, кто не пойдет на выборы, 66% не допускают такую возможность. Если принимать во внимание, что многие из тех, кто заявляет о том, что не пойдет на выборы, являются сторонниками бойкота («забастовки избирателей»), это означает, что фигура П.Грудинина не стала для них значимой альтернативой.

К первому падению рейтинга П. Грудинина в середине января привели два фактора: торможение развертывания его кампании, ее ограниченность социальными сетями и первая масштабная негативная информационная волна - вокруг темы его заграничных счетов. Одновременно предпринимались попытки закрепить за П.Грудининым образ «капиталиста», торгующего подмосковной землей и использующего трудовых мигрантов. П.Грудинин не всегда удачно парировал обвинения, а часть обвинений оставил без пояснений (история вокруг дочерней “Совхозу имени Ленина” фирмы “ТТ Девелопмент”). Попытки скрыть очевидную негативную информацию (об иностранных счетах и о структуре собственности контролируемых им компаний) характеризуют коммуникационную стратегию П.Грудинина на старте кампании как не вполне адекватную, и эта неадекватность отразилась на уровне его поддержки.

Вероятность того, что П.Грудинин может занять второе место по итогам выборов, сохраняется, хотя и существенно снизилась с учетом последних социологических данных. Падение уровня готовности голосовать за В.Жириновского и его высокий антирейтинг выявлены ВЦИОМ и очевидны, однако реальное развертывание мобилизации лидера ЛДПР неизменно происходит за 15-20 дней до дня выборов.

Кампания П.Грудинина станет также проверкой терпимости нетрадиционного избирателя к бренду КПРФ и тем самым позволит более детально рассуждать о дальнейшей эволюции партии.

Программа Грудинина и возможности ее имплементации

Обсуждение программы играет второстепенную роль по сравнению с непосредственной политической активностью кандидата. Ключевые тезисы относительно борьбы с бедностью и новой индустриализации П.Грудинин повторяет в своих выступлениях, а детали вряд ли могут коренным образом повлиять на выбор избирателя. Сама программа «20 шагов Павла Грудинина» не несет в себе каких-то серьезных новаций и является продолжением классической программы КПРФ «10 шагов к достойной жизни», даже выдержана в той же стилистической манере.

Основная часть программы сохранена и касается национализации стратегических отраслей, индустриализации, поддержки сельского хозяйства, построения социального государства и введения прогрессивного налогообложения, регионального выравнивания. В программе П.Грудинина появились предложения по реформе политической системы, направленные на ограничение власти президента. При этом в новой программе КПРФ внешнеполитический блок сведен к гарантиям обороноспособности и безопасности, тогда как в прежней редакции были попытки концептуализировать видение глобальной политики с осуждением западного гегемонизма и вниманием к евразийской интеграции. Взгляды П.Грудинина на внешнюю политику вызывают многочисленные вопросы в ходе его публичных выступлений, но программа также не дает пояснений по этому поводу.

Противоречиво и недостаточно ясно сформулирована та часть программы, которая касается реформирования политической системы (эти аспекты ожидаемо уступают по степени проработки вопросам социальных реформ, развития сельского хозяйства и промышленности). Показательно, что этой проблематике посвящены два последних пункта программы: «Восстановление системы народовластия и народного представительства» и «Повышение качества государственного управления». В частности, не уточняется, каким образом «президент станет подконтролен и подотчетен народу и парламенту», ведь то, что «будет упрощена процедура импичмента», не вполне соответствует этой цели. Импичмент является крайней мерой в случае грубого нарушения закона, но не может восприниматься как постоянно действующий инструмент гарантирования подотчетности.

Нет ни слова о процедуре формирования Высшего государственного совета (аналог политбюро, который должен возглавить Г.Зюганов), «без одобрения которого не может приниматься ни одно принципиально важное решение Президента страны». Требование утверждения состава правительства в Государственной думе, когда кандидатуры на все министерские посты должны публично обосновываться президентом, на практике мало способствует реальной связи правительства с парламентом: премьер-министром не становится автоматически представитель партии большинства. Так или иначе, есть множество принципиальных моментов, которые требуют детализации, но вряд ли станут серьезной темой для обсуждения в ходе кампании.

Кампания кандидата КПРФ: политические и технологические ограничения

Прежде всего очевидно, что для формирования по-настоящему массового доверия населения к человеку, который ранее не занимался публичной политикой на федеральном уровне, нужно значительно больше времени. Кампания кандидата КПРФ должна была, на наш взгляд, агрессивно стартовать 7 ноября 2017 года, когда к левым силам в связи со 100-летием революции было приковано максимальное внимание, однако этого не произошло. Сегодня одновременное эффективное решение П. Грудининым сразу трех задач: общего роста узнаваемости, мобилизации «ядерного» электората КПРФ и обеспечиения лояльности других электоральных групп – практически невозможно, особенно в условиях инерционного менеджмента кампании во главе с Г. Зюгановым, сделавшим ставку на традиционную для Компартии и привычную лично для него «нишевую» стратегию.

Показательно, что в ходе торжественных мероприятий 7 ноября Г.Зюганов заявил, что будет выдвигаться сам, однако в конце декабря был выдвинут П. Грудинин. Остались без ответа вопросы о том, как на самом деле партией было принято решение о выдвижении П.Грудинина и почему переговорный процесс с другими участниками коалиции тянулся до последнего. Накануне съезда 23 декабря сохранялись сомнения в возможности выдвижения П.Грудинина. Некоторые наблюдатели усматривают в этом попытку Г.Зюганова, с одной стороны, дистанцироваться от внутрипартийной борьбы, сохранив влияние, с другой – избежать репутационных потерь в случае, если второе место займет В.Жириновский, учитывая наметившуюся в последние годы тенденцию к сближению уровня поддержки двух парламентских партий.

В КПРФ процесс принятия решений достаточно децентрализован: позиция федерального руководства должна быть согласована с широкой сетью региональных отделений, от которых будет зависеть эффективность кампании на местах. Ответственность за неудачи последних лет, особенно в регионах, возлагают на лидера Г.Зюганова, поэтому в партии остро стоит вопрос о том, кто придет ему на смену. Выдвижение от компартии политика со стороны из предпринимательской среды было критически воспринято частью элиты КПРФ. В партии по-прежнему действуют каналы рекрутирования элит методом кооптации в сложившееся сообщество, что приводит к неприятию кандидатов вроде П.Грудинина, которых продвигают в обход формальных процедур. Фактически в КПРФ существует определенный консенсус, нарушение которого чревато общей дестабилизацией. В этом смысле долгосрочное реформирование партии должно закладывать основы нового консенсуса и может происходить только на базе многосторонних договоренностей между основными членами «клуба», но выдвижение П.Грудинина, очевидно, не прошло все этапы согласования, его больше воспринимают как проект Г.Зюганова.

При этом за КПРФ в последние годы закрепился имидж политической силы, которая заинтересована не в игре за «большой приз», а в поддержании status quo, собственной электоральной ниши и получении федерального финансирования.

Если политики федерального уровня могут увидеть в этом выдвижении компромиссное решение (П.Грудинин вряд ли будет впоследствии претендовать на руководящие позиции в партии), то региональные отделения Компартии не всегда готовы примириться с кандидатом-«капиталистом». В числе прочего представители некоторых из них утверждают, что П.Грудинин поддерживает только предвыборную программу КПРФ, но не программу партии в целом, а также не планирует туда вступать. Создается также впечатление, что П.Грудинин ведет себя слишком осторожно и больше опасается за будущее собственного бизнеса, чем заинтересован в развитии кампании.

Не меньше противоречий возникает с другими участниками коалиции на правом фланге. Идея «левопатриотического союза» сначала была воспринята с энтузиазмом многими силами, в том числе условными «монархистами» во главе с И.Стрелковым, который после выхода из коалиции называл П.Грудинина «вредным» для общего дела. Между руководством штаба П.Грудинина, самим кандидатом и другими участниками коалиции существуют концептуальные расхождения относительно принципов ведения кампании. Прежде всего, ее блоковый характер, на котором настаивают члены коалиции, не вполне очевиден. На практике в публичном пространстве присутствуют кандидат П.Грудинин, «глава будущего Госсовета» Г.Зюганов, отчасти Ю. Болдырев и Ю. Афонин, а другие участники коалиции и их интересы выведены на периферию. Удаление из списка доверенных лиц С. Удальцова, произошедшее по просьбе руководства КПРФ, ограничивает мобилизацию П. Грудининым радикальных левых групп.

П.Грудинин несколько раз поднимал олимпийскую тему и даже в открытом письме говорил о нецелесообразности участия сборной России в Олимпиаде на предложенных условиях, но инициировать кампанию за бойкот все же не решился. Заявление относительно необходимости закрытия «Ельцин-центра» также не выглядит законченным: в одном из интервью П.Грудинин сказал, что не делал заявлений, а отвечал на вопрос, а также о том, что не выступает за закрытие центра: лучше вместо него было построить больницу. Стратегия «шаг вперед, два шага назад» и ориентация П.Грудинина на медианного избирателя отталкивает от него потенциальных сторонников на обоих флангах. Между тем очевидно: избиратель умеренных взглядов или аполитичный человек с большей долей вероятности поддержит действующего президента. Более того, недавнее заявление президента о том, что Ленина в мавзолее можно сравнить с мощами святых, вообще способно деконсолидировать «православную» часть электората КПРФ, которой импонирует примирение коммунистов с Богом.

П.Грудинин не предпринимает ясно считываемых избирателем попыток монополизации политической альтернативы с соответствующей аргументацией, и это его главная политическая и технологическая проблема. Между тем позиционирование «альтернатива» работает в логике политического фреймирования: для него не всегда нужны достаточные содержательные основания.

Если «олигархичность» П.Грудинина и ставится под сомнение, то все же задает определенные рамки дискуссии, куда органично входят «заграничные счета» и «махинации с землей». Этой дискуссии, инициированной не им, П.Грудинин не противопоставляет собственную систему координат. Так, ему пока не удалось инициировать масштабную дискуссию о политической альтернативе, справедливости и равенстве.

Предварительный прогноз

Принципиально возможны три сценария развития кампании.

· При оптимистическом сценарии П.Грудинин мог бы получить до 25% голосов избирателей. Для этого старт кампании должен был произойти раньше (например, 7 ноября), узнаваемость кандидата должна быть сегодня выше имеющейся примерно в 2 раза, а кампания должна быть эффективно развернута в отношении всех значимых электоральных групп.

· Реалистический сценарий подразумевает, что кандидат сумеет мобилизовать большую часть «ядерного» электората КПРФ и привлечь новые группы избирателей. Однако для массовой национальной мобилизации сторонников политической альтернативы пока видимых предпосылок нет, поэтому результат описывается диапазоном 12-15%.

· При пессимистическом сценарии продолжится процесс размывания базового электората КПРФ, а новые группы практически не будут мобилизованы, что приведет к частичной маргинализации кандидата. В таком случае результат оценивается в 9-11%.